В погоне за сокровищами и специями - Страница 42

Пережив один очень сильный шторм, экспедиция Фернандо Писарро достигла поселения Номбре-де-Дьос на Панамском перешейке карибского побережья, но там ее не ждали, и соответственно не были сделаны приготовления для обеспечения трудного перехода через его гористые и болотистые джунгли. В ходе тяжелейшего похода на берег Тихого океана от тропических болезней, голода, жары и лишений умерло немало людей. Самые выносливые и смелые среди них смогли вместе с командующим достичь манящих берегов золотоносного Перу. Но экспедиция Фернандо Писарро вернулась туда не одновременно, а отдельными партиями, причем сам ее командующий задержался по делам в Панаме дольше других.

В числе первых прибывших в Новую Кастилию был один из доверенных людей Альмагро, который довольно быстро сумел доставить ему сообщение о получении им новых королевских полномочий. Оно застало Альмагро в Куско, где он только что принял управление города из рук Хуана и Гонсало Писарро по поручению их брата губернатора. Это сообщение привело Альмагро и его сторонников, в том числе среди офицеров отряда де Сото, в настоящий восторг, так как теперь они получили по королевскому указу свою собственную большую территорию, в которую, по их убеждению, входили Куско и его провинция. Утверждая свою власть, сторонники нового командующего стали под его защитой безнаказанно мародерствовать, грабя даже личные дома и собственность местного населения, что вскоре вызвало большое негодование и недовольство жителей.

Губернатор Писарро в это время еще находился в Лиме, но и он уже узнал от приехавших из Испании, хотя и не видел самих королевских грамот, находившихся пока с братом Фернандо в Панаме, что Альмагро получил новые широкие полномочия на завоевание и управление на юге, но при этом ему не было известно о расширении королем его собственной территории на 70 лиг к югу от границ уже покоренной им земли. Такое усиление позиции соперника настолько обеспокоило губернатора, что он немедленно направил в Куско инструкции своим братьям взять власть из рук Альмагро, которому он объяснял этот шаг нелегальностью осуществления им властных полномочий до официального получения королевских грамот, которые задерживались в Панаме. Он настойчиво призывал своего партнера, не теряя времени, отправиться на завоевание областей, лежавших к югу от границ Куско.

Однако подобный поворот дел был совершенно неприемлем для Альмагро и его сторонников, которые рассматривали его как принуждение к отказу от полученных ими прав. Со своей стороны, Хуан и Гонсало Писарро при поддержке собственного лагеря настойчиво требовали возвращения власти, что привело к глубокому расколу не только среди испанцев во всех эшелонах гражданского и военного управления, но и среди всех слоев местного населения. Положение напряженности достигло такой точки, когда оно грозило взорваться очень серьезным кровопролитием Узнав о назревавшем конфликте, губернатор сам поспешил в Куско.

Его приезд был встречен приветствиями со стороны умеренных испанцев и большинства жителей, которые стремились предотвратить междоусобную вооруженную борьбу. Альмагро был первым, с кем встретился Писарро, но дружественные беседы не могли скрыть нараставшие проявления разногласий, и опасность взрыва, казалось, стала еще более вероятной, чем прежде. Однако, посредничество друзей с обеих сторон в конечном счете привело соперников к подписанию соглашения. Оно предусматривало, в частности, что партнеры не будут направлять сообщения королю без взаимного утверждения, что они прекратят кампании клеветы один против другого и что завоевание новых земель и связанные с ними расходы должны быть их общей обязанностью. Подписание заверенного нотариусом документа состоялось 12 июня 1535 года.

Вслед за урегулированием этого опасного конфликта Альмагро поспешил совершить уполномоченное королем завоевание новых южных территорий и, легко собрав несколько отрядов жадных до ожидаемой богатой добычи добровольцев, направился в земли сегодняшнего Чили. Отъезд в далекую и небезопасную авантюру столь трудного соперника принес большое облегчение губернатору, который затем вернулся в Лиму, где с удовольствием занялся организацией гражданской жизни страны, строя свою столицу, закладывая новые города и порты, один из которых он назвал в честь своего родного поселения Трухильо, раздавая своим людям земли и индейцев в стремлении как можно быстрее провести испанизацию покоренной им империи инков.

Междоусобный конфликт в испанском лагере не прошел незаметно для самого населения Перу. За исключением отдельных вспышек сопротивления захватчикам и восстаний в некоторых местах, страна была покорена Однако население в целом и немалое число бывших сановников, вельмож и вождей неизбежно испытывали на себе тяжелое бремя разгрома старого привычного порядка и потерю независимости, что особенно остро ощущалось при возраставшей испанизации страны, ширившихся бесчинств оккупантов и их эксплуатации перуанцев. Такое скрытое недовольство получило наибольшее распространение в южных провинциях и в столице, являвшихся колыбелью бывшей империи инков. Совершенно устраненный от власти и ее символических атрибутов местный правитель страны Манко неоднократно упрашивал губернатора вернуть ему более весомые полномочия, но они просто противоречили собственным планам дона Писарро, который их оставлял без внимания.